Профессор, который гуляет сам по себе. Игорю Ларионову - 55!

Нам оставалось еще семь лет до личного знакомства, а Ларионов для меня уже был фигурой символической. И не только, и даже не столько из-за его гениальных пасов.

Его легендарное открытое письмо Виктору Тихонову в журнале «Огонек» - самом культовом издании второй половины 1980-х - стало одним из знаков нового времени. Он ведь не лично великому тренеру бросил тогда вызов. Всей системе - и не спортивной даже, а государственной. Перемалывавшей, пережевывавшей людей без лишних сантиментов и не дававшей им права слова.

Он это слово взял сам. А потом еще нашел журналиста для жены Сергея Старикова, чьи откровения позже были оформлены в виде письма в газету «Советская культура»….

Ларионов просто хотел быть свободным человеком и решать свою судьбу сам. Он всегда был и остался Профессором, который гуляет сам по себе. Во времена, когда все спортсмены не жалели своего здоровья и, вырвавшись с базы, пускались во все тяжкие, он питался по науке и позволял себе бокал красного вина. И так всегда и во всем.

***

В таких историях, как у Ларионова с Тихоновым, очень важно, чем всё заканчивается. И очень не хочется, чтобы закончилось плохо.

Я был счастливым свидетелем этого хеппи-энда - уж внешнего или истинного, не знаю. Но надеюсь, что все-таки настоящего, хотя их конфликт был более затяжным и глубоким, чем у Тихонова с Вячеславом Фетисовым.

А в декабре 2006-го случился матч на Красной площади между сборными ветеранов России и мира. Где под курантами играла великая пятерка в полном составе, а тренировал ее мэтр.

Глядя на такое зрелище, Александр Абдулов восклицал: «Тот, кто все это придумал, - гений!» Константин Цзю с ним соглашался: «Обалдеть можно!» А Тихонов добавлял: «Такого больше никогда не будет. А пятерка Ларионова - просто блеск!».

Мы общались с Виктором Васильевичем прямо там, на Красной площади, и такого числа комплиментов о Ларионове и ее пятерке он не говорил, думаю, никогда. «Игорь обнял меня, сказал: 'Отлично выглядите, Виктор Васильевич!' Время проходит, все мудреют, все становится на свои места…».

В той игре Профессор сделал хет-трик. И Тихонов назвал его «однозначно лучшим игроком матча». И не уставал произносить словосочетание «пятерка Ларионова». Поверьте - если бы произнесение этой фамилии было ему неприятно, формулу Виктор Васильевич нашел бы какую-то иную. «Все они просто живые хоккейные классики». «Взаимодействие у звена Ларионова не поддается никаким эпитетам». «Игорь вообще сохранился здорово».

И самое главное: «У нас уже все в порядке».

***

Убежден: в той истории, в том конфликте не было добра и зла, правых и виноватых. Прав Алексей Касатонов: «Просто мы попали на излом времен». И каждый на этом изломе просто действовал сообразно своим убеждениям, возрасту, целям в жизни на конкретный момент. Игроки рвались в НХЛ, тренеру-максималисту нужна была сильная команда….

Парадокс в том, что Ларионов, внешне такой субтильный и утонченный, из всех был наименее склонен к компромиссам. Люди с грубой душевной организацией называют людей с подобной внешностью - «вшивый интеллигентик». Так вот, этот «интеллигентик» обладал самой могучей внутренней силой. Абсолютно индивидуальной и неподвластной стадному инстинкту. «Несгибаемый Ларс» - так можно было бы назвать фильм о нем. «Ларсом», а вовсе никаким не Профессором, называли его партнеры по ЦСКА.

Самые пробирающие публичные оценки звучат из уст не тех, с кем дружишь, а наоборот. И уж если Шакил О'Нил называет своего врага Коби Брайанта, из-за которого он ушел из команды, величайшим игроком «Лос-Анджелес Лейкерс» в истории - это врезается в память надолго.

У Ларионова далеко не всегда складывались теплые отношения с Касатоновым, занявшим в том конфликте в ЦСКА иную позицию. Но вот беседовали мы с великим защитником год назад после смерти Тихонова, и Касатонов сказал: «У Ларионова всегда была своя позиция, он четко знал, чего хочет, жил и живет по этим законам. И, кстати, я его за это уважаю, хотя близко мы с ним никогда не общались».

***

Ларионов мог легко вписаться в нынешнюю российско-хоккейную систему - более того, Вячеслав Фетисов как-то признавался, что в момент создания КХЛ почти уговорил его возглавить новую лигу. Но в последний момент Профессор отказался.

И продолжил жить своей жизнью. Жить в Америке, производить хорошее вино, воспитывать детей, пестовать в роли агента Якуповых и Гальченюков. Не собираюсь рассуждать, правильно это или нет - все пути человек выбирает для себя сам. И далеко не всегда лучшие из них - это те, когда «родина зовет».

Уж ему ли, так жаждавшему уехать в НХЛ, что он пошел на открытый конфликт со всесильной советской хоккейной системой, этого не помнить. Он ведь первым бросился на амбразуру. Первым не только из хоккеистов - из советских спортсменов. Какой для этого надо было иметь дух - догадаться несложно. Это следующие, которые росли в перестройку, станут поколением анархистов. А в головы большинства людей было крепко-накрепко вбит алгоритм: молчать и выполнять. И - бояться.

Он был первым, кто преодолел страх. И показал всем то, что сегодня аксиома: спортсмен - личность, с ним нельзя не считаться. Сегодня об этом говорят все лучшие тренеры мира по всем видам спорта. В том числе Скотти Боумэн, счастья работы с которым Ларионов, не преодолей он тот страх, едва ли испытал бы….

***

Рассуждая о решении Ларионова остаться в Америке, не надо включать заезженную десятилетиями пластинку о непатриотизме. Если ему и его семье там комфортно и хорошо, если он не относится к тем, кто ищет от добра добра, - на кой ляд требовать возвращения?

Патриоты - это те, кто делами приносит славу стране, а не кричит об этом на каждом углу. Это двукратный олимпийский чемпион, победитель Кубка Канады, четырехкратный чемпион мира, центрфорвард самой великой хоккейной пятерки всех времен Ларионов - не патриот?

Это человек, который, завоевав в составе «Детройта» свой первый Кубок Стэнли, нашел возможность впервые в истории привезти (вместе с Вячеславом Фетисовым и Вячеславом Козловым) культовый трофей на Красную площадь, что видел весь хоккейный мир, - не патриот?

Это человек, который в недолгое время совместной игры с Павлом Дацюком в «Ред Уингз» стал для него «стариком Державиным» и вручил ему дирижерскую палочку хоккейной России и, можно даже сказать, титул Профессора - не патриот? Человек, о котором сам Дацюк в 2004-м мне говорил: «До Ларионова мне - как до Китая».

Это человек, которому герой Олимпиады в Нагано и капитан той сборной Павел Буре перед началом следующих Игр в Солт-Лейк-Сити сам отдал капитанскую повязку, - не патриот? А если вы скажете о пропущенном Ларионовым по доброй воле Нагано-98, то отвечу: каждый человек когда-то ошибается, а сам Игорь нашел в себе силы на Матче всех звезд НХЛ-98 в Ванкувере, за считанные дни до вылета в Японию, сказать и по-русски, и по-английски, что жалеет о принятом и уже необратимом решении.

***

Мы видимся теперь чаще всего на зимних Олимпиадах. Куда Профессор, к глубокому моему огорчению, с некоторых пор приезжает в роли стороннего наблюдателя, агента, эксперта - словом, кого угодно. Но только не человека, чей феноменальный опыт и интеллект по обе стороны океана должен быть востребован в сборной родной страны. Пусть он в ней давно и не живет….

Помню, как присели с ним после разгрома в четвертьфинале Ванкувера-2010 от Канады. И получилось не интервью, а совершенно гениальная лекция Ларионова о том, как готовилась к той Олимпиаде Канада и как не готовилась Россия - и что из всего этого вышло. С фамилиями, историями, примерами. Это была аналитика запредельного уровня. Та самая аналитика, которой нам так не хватило при подготовке к тем Играм.

Прошло четыре года. Мы встретились в Сочи-2014, дважды пообщались - можно сказать, на бегу. Что не помешало точности оценок и прогнозов. Даже после игры с США, когда все вокруг орали, что победу у нас украл судья, Ларионов констатировал: «Пока нет той раскрепощенности, которая помогает поймать свою игру». Она так и не появилась. И на вопрос, хорошо ли, что североамериканские команды попали в другую половину кубковой сетки, ответил: «Это непринципиально. С кем бы ты ни играл - главное, как действуешь сам, а не кто против тебя».

Когда я написал ему в Штаты письмо с просьбой проанализировать итоги Сочи, Профессор грустно ответил: «Мое мнение не повлияет на текущую и тем более будущую ситуацию в российском хоккее. К сожалению, я стал для ФХР/КХЛ чужим и говорю не то, что им хочется слышать. Многое мной было сказано после Ванкувера, но так ничего и не поменялось… Прошу прощения, что разочаровал, но меня заставил это сделать мой огромный опыт в хоккее и в жизни».

Может, это были эмоции после абсолютно безжизненной игры нашей сборной на домашней Олимпиаде. Но, думаю, все-таки нет. Ларионов никогда не производил впечатления человека импульсивного. На первом месте во всех поступках для него стоял ум. Интеллект. Когда-то я спросил Дацюка, правда ли, что он в бытность игроком «Детройта» регулярно играл с Ларионовым в шахматы. Тот отмахнулся: «Да вы что, он бы мне детский мат поставил!».

На льду Ларионов постоянно ставил соперникам детский мат. Его наследником в этой типично российской роли хоккейного Давида стал Дацюк.

Кто следующий?..

Игорь РАБИНЕР.











Четыре из четырех: фартовая Антерсельва для российских биатлонистов

Луческу: Команда находится в трудной ситуации

Гандболист сборной России Горбок огорчен количеством потерь в матче с белорусами